Поскольку изменения в импорте отражают промышленную конъюнктуру внутри страны, следует остановиться ещё на данных о ввозе текстильных машин и оборудования как весьма характерном показателе для суждения о кризисе.

Непрерывный рост ввоза машин, начавшийся ещё в 20-х годах, резко приостановился после 1838 г. и снижался в течение 4 лет; лишь с 1843 г. импорт оборудования вновь начинает быстро повышаться. Эти данные также говорят об упадке текстильной промышленности после 1838 г.

Кроме отмеченных основных факторов кризиса, известное значение имели неурожаи, так как 1839 и 1840 годы были неблагоприятными для сельского хозяйства. Удельный вес сельского рынка для промышленности был в это время достаточно высок, а потому неурожаи отражались на общем спросе гораздо сильнее, чем впоследствии. В записке барона Корфа, относящейся к этим годам, указывается, что под влиянием постигшего страну в 1840 г. тяжёлого неурожая в Москве «остановились на зиму 1840/1841 г. и торговля и фабричное дело и всё почти движение народной промышленности». В «Коммерческой газете» за 1841 г. встречаются сообщения о плохой торговле на ярмарках, о недостатке денег.

Неурожай повлёк за собой усиленный спрос на ссуды со стороны помещиков и истребования вкладов, что побудило правительство разрешить в 1841 г. выпуск кредитных билетов на 50 млн. руб. для поддержания кредитных учреждений.

Влияние внешней торговли, как показывают приводимые ниже цифры экспорта и импорта, выразилось в том, что повышение активности баланса  создало на денежном рынке в России в 1838 и 1839 гг. добавочные денежные средства; что касается увеличения импорта после денежной реформы 1839 г. на несколько миллионов рублей, распределившихся к тому же на различные импортные товары, то этот фактор не оказал существенного влияния на состояние рынка.