Что же касается последствий карательной акции Ольги против древлян, которая, по мнению А.А. Горского, должна была стать методом устрашения с целью предотвратить распад державы, то она еще менее подтверждается фактами, чем противоположная гипотеза. В пользу последней свидетельствует все же сопоставление данных ПВЛ об отдельных русских князьях в Полоцке, новом покорении Владимиром I вятичей, волынян, белых хорватов, радимичей — когда они отпали, ПВЛ сведений не представляет, но все же отпали — так почему, собственно, не во время кризиса 941-944 гг., что вполне подтверждается и археолого-нумизматическими материалами.

В контаминации с этими данными реальными представляются прямые указания хазарских источников (документ Шехтера и Письма царя Иосифа) на временное усиление Хазарии в 40-50-е годы X в. и о возврате под ее протекторат «С-в-р» (северян), еще каких-то «С-л-виюн», сохранении под их властью «В-н-тит» (вятичей, что как раз тематически предшествует и подтверждает сообщение ПВЛ об их покорении Святославом в 964 г.) и даже (по документу Шехтера) об установлении зависимости какой-то части Руси от Хазарии. В этой связи не столь фантастически выглядят и сведения о независимых русско-норманнских конунгах Севера Руси. Аналогичные данные представлены также в «Саге о Хальфдане, сыне Эйстейна», добавим многочисленную уже научную литературу о независимых (или формально зависимых) от Киева «черниговских династиях» середины — второй половины X в.

Что же касается реконструируемой военно-политической и логикопсихологической мотивации событий (страх перед карательными экспедициями), то она действенна, если древляне были первыми, отпавшими от державы. Наши аргументы — что в ходе кризиса, к концу 944 г., от нее отложились уже многие «Славинии» и русские «грады», о чем свидетельствует ограниченный список участников похода на Византию этого года.