Третий участник заговора — Федор Матвеевич Пушкин — зять Соковнина и свояк Цыклера. Федор Пушкин был обижен на царя за своего отца — боярина Матвея Степановича, назначенного воеводой в Азов, что считалось знаком немилости.

Заговорщики заручились поддержкой некоторых стрелецких начальников и надеялись (возможно, без всяких оснований) на помощь донских казаков. Они обсуждали и кандидатуру преемника Петра: назывались имена боярина Алексея Семеновича Шейна, Василия Петровича Шереметева, царевны Софьи. Желая польстить Цыклеру и подогреть его честолюбие, Соковнин как-то сказал ему: «Если то учинится над государем, мы и тебя на царство выберем».

Узнав от Елизарьева и Силина о заговоре, Петр занялся расследованием дела, проявив при этом крайнюю жестокость. В Преображенском, куда были доставлены заговорщики, царь лично допрашивал обвиняемых, подвергавшихся пыткам. Цыклера, Соковнина, Федора Пушкина и двух стрелецких пятидесятников Боярская дума приговорила к смертной казни. Церемонию ее проведения царь разработал сам. Казнь состоялась 4 марта 1697 г.

Идейным вдохновителем заговора Петр I считал умершего 12 лет назад И.М. Милославского, поэтому он обрек его прах на поругание. По приказу Петра I гроб боярина

извлекли из могилы, поставили в сани, запряженные свиньями, привезли в Преображенское к месту казни, вскрыли его и установили под эшафотом. В 11 часов утра на эшафот взошли главные злоумышленники.

Цыклера и Соковнина четвертовали: сначала им отрубили руки и ноги, а затем головы. Федора Пушкина обезглавили сразу. Кровь казненных стекала на останки Милославского. Трупы в этот же день доставили в Москву. По распоряжению царя на Красной площади | был сооружен каменный столб, в который были вделаны железные шесты. На них насадили головы заговорщиков, а трупы положили рядом со столбом, где они пролежали до июля.