В 1690 г. патриарх Иоаким скончался. Вся последующая деятельность Петра I в корне противоречила завещанию главы Русской православной церкви. Спустя месяц после смерти Иоакима Петр заказал для себя немецкое платье: камзол, чулки, башмаки, шпагу на шитой золотом перевязи и парик. Однако в таком виде он осмеливался появляться пока лишь в Немецкой слободе.

Когда пришло время выбирать нового патриарха, Петр в очередной раз уступил матери. Он хотел поддержать псковского митрополита Маркела, слывшего весьма образованным человеком. Но Наталья Кирилловна под влиянием ревнителей старины склонялась к кандидатуре Адриана, митрополита Казанского: Маркел не нравился ей тем, что пользовался «варварскими» языками — латинским и французским, был чересчур учен и носил слишком короткую бороду.

Петр и Немецкая слобода

Мысль о том, чтобы учиться у европейцев, превзойти их в достижениях и таким путем обрести независимость от Европы, не оставляла Петра. В последние годы правления Софьи у него была возможность свободно общаться с иностранцами, находившимися на русской службе. Он стремился узнать от них как можно больше о жизни в странах Западной Европы. Встречи молодого царя с иностранцами служили своего рода дипломатической школой.

В разговорах с русскими речь заходила обычно о соседях — поляках, турках, крымских татарах (в крайнем случае о шведах). Но ведь их страны как бы отделяли Россию от Европы,

служили тяжелым занавесом, за которым почти невозможно было разглядеть происходящее на сцене большой европейской политики. Иное дело — Немецкая слобода, где жили представители фактически всех стран, втянутых в тогдашние войны и конфликты на Западе.