Пока болел Федор, Софья познакомилась у его постели с главными царедворцами: Иваном Михайловичем Милославским, Василием Васильевичем Голицыным и Иваном Андреевичем Хованским, которые с удивлением обнаружили, что царевна умна. Милославскому, как и самой Софье, нечего было ждать от правления Петра, за которым стояли Нарышкины. Поэтому они решили поддержать Ивана Алексеевича, устранить Нарышкиных и выдвинуть вперед Софью.

Милославский отыскал единомышленников — своего племянника Александра («злодейственного и самого грубияна»), двух братьев Толстых, стрелецких полковников Ивана Цыклера, Ивана Озерова и некоторых других. Основная надежда была на стрельцов.

Впрочем, 27 апреля, в день смерти Федора, стрельцы вместе с дворянами, купцами и горожанами выступали за Петра. Многие бояре ожидали возмущения и в целях безопасности яви

лись на избрание в панцирях под одеждой. Федор Алексеевич не указал преемника, поэтому патриарху Иоакиму пришлось собрать в Кремле представителей московской знати и спросить: «Кого в цари?» Все закричали: «Петра!» Только дворянин Максим Самбулов и некоторые из его друзей кричали: «Ивана!» Может быть, уже тогда Самбулов был в числе заговорщиков.

ва в одном из северных монастырей, где царь остановился на отдых. Как полагалось, после избрания царя устроили пир. Нарышкины решили, что теперь все наладилось окончательно. Всех высланных родственников и друзей призвали обратно в Москву. Матвеев был уже близко. Но 29 апреля состоялись похороны Федора Алексеевича, на которые неожиданно явилась Софья.