Ивану и Петру полагалось самим принимать послов. Для этого был сооружен двойной трон. Переговоры с иностранцами вели, разумеется, бояре. Другие царедворцы стояли в это время за троном и через окошечко в спинке подсказывали царям, как им следовало себя вести (главным образом они должны были сидеть тихо, сохраняя надлежащую позу и подобающее выражение лица).

Однажды принимали шведского путешественника, секретаря посольства Кемпферта. В самом конце приема, когда наступило время прощаться с послом, стоявший за троном боярин сноровисто взял сзади руку Ивана и снял ею шапку с его головы. Петр не стал дожидаться — сам сдернул шапку, вскочил и начал торопливо спрашивать о здоровье «брата нашего Карлуса» (шведского короля) и прочих интересовавших его вещах. Петру тогда было 11 лет, но Кемпферт, глядя на его бойкость решил, что ему 16.

Московский двор тоже удивлялся, глядя на молодого царя. Однажды после крестного хода Петр стал выспрашивать пат

риарха о православных обрядах. Потом зашла речь о кремлевских укреплениях. Бояре провели юного царя по стенам и башням. Увидев пушки, Петр очень обрадовался и потребовал, чтобы ему дали пострелять. Бояре напугались, но Петр, вспомнив уроки Зоммера, выстрелил не хуже профессионального бомбардира.

Однажды его заинтересовали ученья стрельцов. Петр сам начал отдавать команды по «Артикулу», составленному еще царем Алексеем Михайловичем. Петру показалось, что команд слишком много: только для того чтобы приказать солдату выстрелить, нужно было отдать несколько распоряжений: «подыми мушкет ко рту», «содми с полки», «возьми пороховой зарядец», «посыпь пороху на полку» и тд.