Местничает в 1617 г. Владимир Прокопьевич Ляпунов; его предки принадлежали к верхушке рязанского дворянства, не достигая, впрочем, чинов выше стряпчего32, однако его знаменитый отец был при Василии Шуйском пожалован в думные дворяне, а сын местничал уже с кн. П. В. Масальским3 В 1616 г. местничает Сергей Степанович Собакин (из выборных дворян по Мещовску); в числе его братьев – патриарший стольник, стряпчие и др. Возможно, это родня одной из жен Ивана Грозного, Марфы. Сын местника стал окольничим. В 1617 г. корпоративно местничают тульские городовые дворяне Ушаковы и Хрущовы со вторым воеводой, вышеупомянутым Ю. В. Вердеревским35, видимо полагая его в тот момент равным себе. В 1616 г. местничают московские дворяне Д. Ф. Скуратов и И. И. Чичерин. Первый был выборным по Ржеву, жильцом, но дворянином записан уже с 1614 г. Второй в Смуту был думным дьяком, возглавлял Поместный приказ в Тушине, но в дальнейшем в дьяках не служил; в родне его много городовых и выборных дворян, сам же он в 1602-1604 гг. числился в выборе по Козельску, сделав «карьеру» в администрации Тушинского вора, однако сохранить полученный чин не сумел. Два потомка дьяков, Я. А. Демьянов и И. П. Писемский, в момент местничества в 1620 г. были московскими дворянами (хотя в 1611-1614 гг. Писемский еще жилец, а Демьянов – уже дворянин)3 Большая часть родни Демьяновых служила выше Писемских, на рубеже XVI-XVII вв. почти все они – жильцы3 Писемские же в своем большинстве служили тогда по выбору. Еще два представителя рязанской служилой верхушки,  В.П. и П. С. Чевкины, там же у себя, в своем рязанском разряде, местничают с первым воеводой на Пронске С. И. Исленьевым.