Случаи эти также относятся ко второй половине XVII в., например, 25 декабря 1659 г., на Рождество, 30 марта 1662 г., на Светлое воскресенье, и 4 июля 1672 г. стол в честь крестин царевича Петра Алексеевича, где думные чины перечислены «с месты», а стольники, стряпчие, стрелецкие сотники, гости, «чорных слобод лучшие люди» – «без мест» Если о последней записи можно предположить, что она появилась в результате распространения местнических норм и обычаев на низшие слои общества, то объяснить принципиальное наличие термина «с месты» не так просто. Остается добавить, что помимо вышеуказанной формы записи существует еще один вариант – запись приглашенных без имен, но с отметкой «с месты». Впервые, как мы выше указывали, такая форма встречается на свадьбе Ивана IV с Марией Нагой 6 сентября 1580 г .Во второй половине XVII в., например, можно изредка встретить запись такого типа: «и бояря и окольничие и думные люди сидели с местами»; «да у стола ж были бояря с месты» Если предположить, что в последнем случае формулировку «с месты» можно объяснить, например, отсутствием у автора сведений о приглашенных и необходимостью при этом отметить не безместный характер данной «службы», то и перечисление, и одновременное указание на «месты» объяснить труднее. Нам представляется бесспорным хотя бы тот факт, что сама запись имен являлась актом причисления этого стола к разрядным службам, о чем свидетельствуют и возникавшие время от времени местнические конфликты «за столом». Так, во время «похода» Бориса Годунова в Симонов и Николо-Угрешский монастыри в 1602 г. его сопровождали бояре князья Ф. И. Мстиславский, В. И. и Д. И. Шуйские, В. В. Голицын, Т. Р. Трубецкой: «А ели бояре за столом у государя со Мстиславским по одному, порознь весь поход, а стычка никому ни с кем не бывала в отечестве».