Два местнических столкновения известны по Владимирскому судному приказу. В декабре 1628 г. «велел государь сидеть в Судном Владимирском приказе. дьяки – Иван Льговской да Астафей Кувшинов». «И Астафей на Ивана бил челом, и на его место велено сидеть дьяку Василью Яковлеву». Таким образом, Е. А. Кувшинов выиграл. Он был дьяком Семибоярщины в Москве, подписывал «увещательную грамоту» от 25 января 1612 г. в Кострому о принятии присяги королевичу Владиславу; правительство Михаила Федоровича лишило его дьяческого чина, и в 1619 г. он дозирал Устюг как подьячий; прежний чин ему вернули, видимо, только после 1621 г. Свое положение ему удалось отчасти восстановить, может быть, в связи с приходом к власти Филарета, выдвигавшего ряд лиц из близкого себе в прежнее время лагеря; однако и в дальнейшем Кувшинову возглавлять приказы больше не довелось. И. Л. Льговский (Лговской) как дьяк упоминается с 1614 г. в Пушкарском приказе, далее служит в разных приказах. Поскольку до этого он нигде не встречается как подьячий, то, вероятно, был поверстан в дьяки из дворян. Возможно, здесь свою роль сыграла выслуга Кувшинова в дьяческом чине, который к тому времени ему восстановили.

1             июля 1665 г. во Владимирском судном приказе началось еще одно дело между дьяками. В приказ к боярину кн. И. С. Прозоровскому, у которого с 8 мая уже был первым дьяком А. А. Галкин, перевели из Московского судного приказа «на Васильево место Шишкина» дьяка М. Н. Чирикова. Последний тут же бил челом, «что ему в Судном Владимирском з дьяком с Ондреем Галкиным за ево Ондреевою породою быть не мочно.  Истец указывал, что его родня, в отличие от недворянской родни Галкина, – служилые люди по Новгороду и Ярославлю, и обещал представить «письмо» с доказательствами как своего дворянства, так и низкого происхождения Галкина.