Там в сентябре 1560 г. состоялся судебный процесс, на котором Адашев и Сильвестр были официально заочно осуждены как изменники и «чаровники», вредившие здоровью только что умершей царицы Хилков, конечно же уведомленный о московском «соборище» (по горько-ироническому определению Курбского), как и положено российскому администратору всех времен, всецело зависящему от центральной власти, смертельно боялся не только поручать что-либо, но даже и общаться с назначенным к нему уже «зачумленным» вельможей, тем более что приговора, конкретизировавшего наказание, не последовало. Был ли Адашев воеводой арестован, точно неизвестно, а при каких обстоятельствах вскоре неожиданно умер – не знал, возможно, и сам Иван IV, судя по тому, что посылал в Юрьев следственную комиссию А.      П. Павлов в своей монографии разворачивает убедительную картину местнических методов борьбы Бориса Годунова с политическими противниками и возвышения сторонников. Так, активный сторонник Бориса кн. Ф. А. Ноготков-Оболенский в 1600 г. добивается пересмотра и «вершения» своего дела 1597 г. с П. Н. Шереметевым и «учиняется» выше его шестью местами; в 1600 г. он же добивается суда (правда, не вершенного) с кн. А. И. Шуйским Того же кн. Ф. А. Ноготкова, завершая его дело с Ф. Н. Романовым 1598 г., признают «местами больше» не только нынешнего поколения Романовых, но и их деда, Романа Юрьевича, тестя Ивана Грозного, что вообще ослабляло позиции всего рода в возможной борьбе за престол 1 апреля 1599 г. боярин кн. Ф. И. Хворостинин, четвертый за царским столом, бил челом на третьего, А. Н. Романова12 Местничества против Романовых и их родни и сторонников 1596-1599 гг. стали преддверием их опалы 1600 г. В 1596 г. их родственник, боярин кн. И. В. Сицкий, выиграл дело у М. М. Кривого и М. Г. Салтыковых.