Однако наряду с панегирической традицией, вершиной которой в XVII столетии, бесспорно, стало упомянутое сочинение архиепископа Игнатия, с рубежа XVI-XVII вв. возникает и традиция критическая или сатирическая, образцы которой были определены в свое время Н. П. Лихачевым как «генеалогический пасквиль». Возникавший в среде соперничавших родов в ходе местнических, землевладельческих и иных столкновений, имевший в своей основе реальный факт, сплетню или анекдот, пасквиль этот иногда превращался в развернутое обстоятельное повествование, тайно хранившееся в родовом архиве или, наоборот, получавшее хождение среди заинтересованных в «хуле» родов. Наиболее известный памятник этого типа – легенда о незаконном происхождении кн. Волконских, неоднократно использовавшаяся их соперниками24 Один из ранних ее списков находится в уже рассмотренном нами деле   С.          В. Колтовского – кн. Г. К. Волконского. Конспективно изложенная история скандальной любви тарусского князя Юрия Михайловича и «про- скурницыной дочери» «девки Апы», которую ему пришлось оставить по настоянию смоленского архиепископа Фотия, чрезвычайно интересна. Похоже, что к этому времени кн. Волконским уже приходилось с ней сталкиваться, почему они и потребовали сведений о первоисточнике. Как оказалось, С. В. Колтовский списал ее у Ляпуновых, которые местничали с Волконскими в 1625 г. Бытовала легенда, видимо, широко и к Ляпуновым попала тоже «от друзей». В дальнейшем она вошла в некоторые списки родословных книг и восходит к челобитной Колтовских 1627 г. А.