«И государь Ивану сказал, что нет тут мест». В 1635 г. кн. И. А. Голицын отказывался сказывать боярство кн. П. А. Репнину, заявив, что «его родители боярство никому не сказывали». Тогда ему, во-первых, разъяснили, что «а приговор их государской, что большие меньшим сказывают, а отечеству их тем порухи нет», а в дополнение привели ряд примеров «сказывания» боярства «меньшему», начиная с пожалования в этот чин Бориса Годунова. Однако Голицын упорно стоял на своем, невзирая на царскую угрозу ссылкой и «разорением» В дальнейшем, однако, Разряд не был последователен, что зависело от уровня местничающих персон. При конфликте влиятельного боярина кн. Ю. А. Долгорукого в 1677 г. с кн. Ф. А. и Ф. Ф. Хилковыми им было указано, что «и лучший сродник их, князь Андрей Васильевич сказывал боярство князю А. М. Львову», который был меньше Долгоруких «Уложение» о безместии в боярских комиссиях

Порядок деятельности бояр, обычно назначавшихся «ведать Москву» при любом отъезде государя, был ли это монастырь в черте города или театр военных действий, лишь недавно получил достаточно подробное освещение в работе П. В. Седова19 Назначавшиеся из членов Боярской думы комиссии функционировали обычно на канцелярской базе одного из приказов, судьей которого был председатель или члены такой комиссии.

«Ведавшие» город бояре были связующим и координирующим звеном между государем (которого обычно сопровождал целый аппарат из высших сановников и «походных» канцелярий главных приказов) и основными государственными учреждениями20 Местничества, в которых участвовали члены таких комиссий, фиксировались со времени после Смуты.