В одном разрядно-родословном сборнике середины XVII в. нам удалось обнаружить пересказ возможного указа на эту

тему: «И в тех годех по мирное поставленье, как государь помирился с королем, в перемирны годы взяли перемирья на урочные годы, как королевич был под Москвою во 126-м году и в 7-м, и по те годы записано в Разряде, ни был в безгосударное время и при государе царе и великом князе Михаиле Федоровиче, как государь воцарился во 121-м году и в те годы, хто где ни был, в случаи того ставить не велено, потому что на Московское государство было разоренье. И закреплено то рукою государя патриарха Филарета Никитича Московского и Всея Русии». В записи этой сначала описываются события «прихода» королевича Владислава 1617-1618 гг., хотя, конечно, это время уже отнюдь не было «безгосударным». Но основная ценность этого свидетельства заключается в сохранении указания на то, что определенные годы, когда «Московское государство было в разоренье», «в случаи ставить не велено». Не случайно здесь подчеркивается и роль Филарета, который, похоже, был инициатором указа и даже лично его подписал (что, правда, сомнительно). Видимо, поэтому пересказчик немного напутал, «продлив» время действия указа на период до Поляновского мира; дело, видимо, в том, что он был принят по возвращении Филарета из плена и ассоциировался со всем временем отсутствия «государя-патриарха». Нетрудно понять причины и цели указа. С прибытием патриарха, возглавившего правительство, изменилась расстановка сил в высших слоях Государева двора. Филарет, раздавив засилье временщиков Салтыковых, стремился к гражданскому миру, чему не могли способствовать старые счеты времен Смуты, возникавшие поминутно в процессе местничеств. Шумные скандалы типа дела Пожарский – Салтыков ничего, кроме вреда, новым властям принести не могли. Поэтому было мудро решено дезавуировать местнические счеты за весь этот сомнительный период.