В чем могла быть причина конфликта? Отец Назария, Михаил Игнатьевич Алфимов, из клинских дворян, был выборным по Нижнему Новгороду, затем пожалован дьяком, а в дальнейшем был воеводой, служил, видимо, до начала 1640-х гг. Григорий Григорьевич Желябужский, дед ясельничего – дьяк, известный со времен Смуты. Сын его Афанасий начал службу уже московским дворянином. Возможно, справка о местах дьяков Софонова и Желябужского, наводившаяся в 1667 г.323, связана с этим делом. Помимо известного и многократно использованного в историографии дела стряпчих С. В. Телепнева – М. В. Ларионова – детей думных дьяков, можно привести примеры из истории иных родов. В «Местническом справочнике» указывается: «Во 143-м году приходил к Москве турской посол, и в то время в приставех был до Москвы подьяческой сын Иван Захарьев сын Свиязев, а на Москве велено быть в приставех Федору Голенищеву, а подьяческой сын Иван Свиязев бил челом в отечестве на Федора Голенищева и розведен». Действительно, во время встречи 16 сентября 1634 г. турецкого посла Муслай-аги пристав, сопровождавший посла до Москвы, И.  Свиязев, бил челом на пристава, встречавшего у Тверских ворот, Ф. И. Голенищева32 Какие у Свиязева могли быть основания? Он был сыном (вероятно) Захария Григорьевича Свиязева, видного приказного деятеля рубежа веков (карьера прослежена С.Б. Веселовским с 1581-го по 1610 г.). Заметим, что в Боярском списке 1588/89 г.  Г. Свиязев среди 40 дьяков записан на высоком шестом месте328, хотя действительно начинал с подьячих, а завершал карьеру во Владимирском судном приказе. Иван и Василий, его дети, начали службу уже жильцами, а в 1630-е гг. были московскими дворянами. Мнение автора известного «Местнического справочника», написавшего, что Свиязев был с Голенищевым «розведен», не имело оснований. В продолжение церемонии приема посла (аудиенция 23 сентября 1634 г. и отпуск 11 января 1635 г.) Ф. И. Голенищев продолжает оставаться выше Свиязева.