Ему было указано, что «по прежнему ево государеву указу и приговору болынова полку другому воеводе, а до правой руки и до передовова полку дела нет, с тем быть без мест и счоту не давать».  В сентябре 1555 г. кн. Ф. И. Кашин, третий воевода сторожевого полка, бил челом на А. Д. Басманова (третьего в правой руке) и И. М. Воронцова (второго в левой руке), видимо, продолжая считать, что «правая рука» выше сторожевого полка. Ему также разъясняли, что следует им быть «без мест по государеву приговору, а сторожевому полку до правые руки и до левые руки мест нет»9 В Пространной редакции добавлено пояснение, встречавшееся в период «до Приговора 1550 г.», «то полки опричные», возможно, последнее было добавлено одним из составителей разрядной книги «по аналогии» для придания веса формулировке отказа. В июле 1558 г. Иван IV уже весьма раздраженно писал в Калугу командующему войсками «на берегу» кн. М. И. Воротынскому о новых случаях подобных местничеств: «А князь Иван Кашин то пишет негораздо: какое дело правой руке до передовова полку?» Отметим, что в последнем случае Иван IV противоречил «Приговору», поскольку второй воевода левой руки был ниже соответственных воевод других полков. В 1574 г.

В.            И. Умный-Колычов попытался оспорить принципы «Приговора», заявив, что по государеву указу в «свейском походе» 7064 г. «государев приговор был – правая рука с передовым полком учинены ровны». Однако Разрядный приказ отверг эту претензию, дав справку, что «того государева приговору не было»98 и таким образом показав, что термин «не менше» еще не означает полное равенство.

Приговор этот подтверждался преемниками Ивана Грозного – Федором Ивановичем, возможно – Борисом Годуновым, а также Михаилом Федоровичем.