Последнее опричное правительство, отмечает Р. Г. Скрынников, состояло в основном из «молодых» людей, а по словам И. Таубе и Э. Крузе, «при особе царя не осталось никого, кроме отъявленных палачей и молодых ротозеев»16 Боярин Н. Р. Одоевский по возрасту, вероятно, относился к последним. Продвигался по службе он быстро: в 1562/63 г. – есаул, в 1564 г. – первый воевода полка правой руки, в 1567 г. – первый в большом полку на берегу; с сентября 1570 г. – опричный боярин17 Челобитье его, однако, было оставлено без внимания. Вместе с Ф. В. Шереметевым, князьями И. П. Шуйским и Д. И. Хворостининым Одоевский участвовал, под командованием кн. М. И. Воротынского, в разгроме Девлет-Гирея на Молодях и, как первый воевода передового полка, принял бой с авангардом ханских войск на Оке17 Тем временем на опричного боярина, в свою очередь, подал челобитную и кн. И. П. Шуйский, назначенный первым в сторожевой полк, причем по сути победил – «государь велел челобитье ево записать, и челобитье ево записано» Если учесть, что должности эти были формально равны и по крайней мере узаконенно безместны, то решение можно вполне трактовать в пользу Шуйского. Иван Петрович принадлежал к той ветви рода суздальских княжат Шуйских, которая избежала царских репрессий В том же 1572 г. он стал боярином, в дальнейшем прославился

обороной Пскова 1581 г. Иван Грозный, отсиживавшийся в Новгороде во время боев с ордой при Молодях, не простил своего унижения (как полагает Р. Г. Скрынников), и герои этой победы – спустя менее года и опричный и земский бояре – князья Н. Р. Одоевский и М. И. Воротынский – были схвачены и казнены. Уцелел лишь кн. Д. И. Хворостинин, вероятно главный творец этой победы, наиболее талантливый из них полководец1 Возможно, по той же причине уцелел и Шуйский, хотя трудно поверить в столь хладнокровно «хозяйственный» подход царя Ивана к репрессиям, особенно если вспомнить, сколько талантливых воевод и политиков стало его жертвами.