При исследовании местничества неизбежно возникает вопрос, во имя чего затевался конфликт, что означали победа и поражение для дальнейшей жизни его непосредственных участников и их родов. Для начала следует уточнить терминологию. Что в понимании людей того времени являлось победой? «Чистых» ситуаций, когда, допустим, истцу предлагали место или ранг, аналогичный месту ответчика, или даже ответчика «обиняли», почти не возникало. Администрация Разрядного приказа была весьма компетентна в генеалогически-служебных соотношениях членов государева двора и не могла совершить особо грубой ошибки при назначении (не считая ситуаций, инспирированных «сверху» и политически окрашенных, являвшихся исключением из правил, таких, о которых будет сказано ниже, например дела

А. Ф. Адашева). Н. Коллманн считает «победу» истца большой редкостью. По ее подсчетам, из 1076 дел XVI-XVII вв. истец выигрывал 14 раз (1%), 254 раза (24%) был удовлетворен без проведения процесса, 132 раза (12%) ему было велено служить, «как указано». Автор не расценивает как выигрыш ситуацию, когда истца отставляют, не принуждая исполнять опротестованное им назначение, когда и истцу, и ответчику объявляют безместие, когда сообщают, что «дадут счет после службы». Однако мы не можем согласиться с этим выводом. Недаром в глазах самих местников подобные завершения конфликтов выглядели если не победой, то и далеко не поражением, поскольку на указанные варианты прецедентов местники ссылались как на «находки» в последующих делах. Рассмотрим варианты конфликтов и их разрешений.