Неоднократно упоминалось об этом «уложении» в 1620-1640-е гг. Наиболее подробно оно сформулировано В. Н. Пушкиным в деле с А. О. Плещеевым 1627 г.: «А по вашему государскомууложенъю искони бе головам меж себя мест не живет; где бывают головы в полку или в городе, и они повинны большому воеводе, с кем кто написан; развея лиша коли присылают за службу ваша госуцарская жалованья золотые, и оне в те поры кому до кого дела есть, вам государем бьют челом. Таким образом «уложение» оговаривает субординацию как полковых, так и городовых (видимо, осадных) голов. Кроме того, оно вычленяет случаи наиболее важной, служебной (полковой) сферы, поскольку в момент награждения, явно менее ответственный, местничать уже разрешается (при вручении золотых тоже соблюдалась очередность «по отечеству»). Однако это «уложение», четко определившее отношения головы и первого воеводы, оставило лазейку для конфликтов голов со вторым воеводой, которые иногда и возникали. В дальнейшем взаимоотношения полковых воевод и городовых осадных и письменных голов претерпели изменения, вероятно, ввиду усиления влияния дворянских городовых корпораций. Если в 1577/78 г. отмечалось, что «князь Иван Солнцев Засекин в Короче был з думным дворянином Михаилом Безниным, головством писменным, а голова всякой повинен своему воеводе»139, то в 1624 г. сотенным головам поясняют, что «головам в том мест преже сего не бывало, и нам о том наперед сего не бивали челом, и ныне им в том мест нет». А в марте 1636 г. дьяк И. Гавренев объявляет М. П. Крюкову: «Был ты в прошлом во 138-м году на Кропивне в полковых воеводах, а Истома Ивашкин был в осадных воеводах, и осадному воеводе до полкового воеводы дела нет и мест тут нет».