Первым и вторым назначены были братья, молодые князья И. Г. Молчанка и В. Г. Меньшой Ромодановские, третьим и четвертым – К. Д. и П. Ф. Леонтьевы. Семья последних выдвинулась недавно, так как, очевидно, принадлежала к каким-то пророманов- ским кругам или их клиентеле. Недаром Ромодановские называли их «коновалами» (спустя несколько лет, в 1635 г., И. Ф. Леонтьев, видимо брат Павла Федоровича, был московским ловчим с путем ). Ромодановские же заявляли, что не могут тягаться с такими «захудалыми детишки боярскими». Когда думный дьяк Ф. Ф. Лихачев велел Леонтьевым быть в рындах, отец одного из них, Данило, имел наглость спросить: «Государевым словом сказываешь, что сыну и племяннику моим с Ромодановскими быть без мест?» Лихачев спокойно и строго ответил, что он говорит не «государевым словом, а потому, чтоб вы государя не кручинили». Отстояв, Ромодановские, естественно, били челом «о бесчестье и оборони», и суд по делу назначили. О влиятельности в этот момент Леонтьевых свидетельствует уже назначение безместия при назначении к Ромодановским, которые это стерпели и возмутились, лишь когда Леонтьевы выразили недовольство этим, по их мнению, недостаточным свидетельством своего фавора. Напрасно Ромодановские объясняли, что их соперники – по происхождению городовые дворяне-кашряне, «в разрядах государевых они не нахаживалися, сыскать их не по чему», и просили разрешения «на суд с ними не хаживать», однако им навстречу не пошли, и царем указано было «судить, чем доведетца». Боярин кн. И. И. Одоевский сказал им, что «буде де вы на суд не пойдете, и на Леонтьевых оборонь дать вам не по чему». Дело не окончилось, но его сохраняли в Разрядном архиве («Запись о местех, Кузьмы да Павла Леонтьевых со князь Иваном да князь Васильем Меньшим Григорьевыми детьми Ромодановского 132 году»), и в качестве примера «потерьки» Ромодановских упоминается еще по крайней мере в двух позднейших делах – 1627 г., рынд князей Волконских с князьями Ромодановскими, 1631 г. – кн. В. Г. Вяземского с М. А. Вельяминовым.