Дело Лопухина – единственный отклик на вышеописанный конфликт; материалы обоих, впрочем, будучи опубликованы в ПСЗ, давно стали достоянием историографии, в основном в качестве источника «для понимания места дьячества в структуре служилого сословия».

Спустя 10 лет возникло новое дело со сходными участниками. Именно благодаря этому последнему нам известно о тяжбе гости – дьяки 1649 г., вошедшей в него составной частью. Развернулось оно в приказе Большой казны, в который входил Новый денежный двор. Традиционно туда в помощь дьякам-администраторам назначались головы из верхушки посада (преимущественно гостиная сотня), что являлось одной из форм их государственной службы. В апреле же 1659 г. вместе с дьяками был назначен не член гостиной сотни, а гость М. В. Антонов (Васильев). Обнаружив в выданном ему наказе свое имя ниже имен дьяков, он вместе с гостем Михаилом Ерофеевым195 подал челобитную начальникам Приказа Большой казны боярину И. Д. Милославскому и думному дворянину И. П. Матюшкину, в которой указывал, что «в наказе де пишут ево Матвея ниже дьячья имени, також как преж сего писали голов гостиной сотни торговых людей, а гости де никогда у государевых дел с дьяками не бывали»196, пересказывал вышеизложенное дело десятилетней давности и предъявил «подписную челобитную» от 17                августа 1649 г. Челобитье это вызвало энергичный протест приказной бюрократии. Обеспокоенные дьяки добились царского решения «про ту их дьячью честь и про них гостей сыскать своими великого государя приказы, Разрядом и Посольским и иными приказы».  Гости обладали такой веской и неопровержимой «находкой», как удовлетворение их челобитной 1649 г., и отсутствие протестного челобитья дьяков, и даже опубликованный порядок чинов в четырех статьях Соборного уложения.