Например, в 1562 г. боярин кн. А. И. Воротынский, с которого частично была снята опала (по нему были взяты поручные записи), заместничал с боярином кн. И. И. Турунтаем-Пронским, сказавшись больным, чтобы не принять назначение ниже его (он должен был стать первым воеводой сторожевого полка, а Пронский – вторым, но в большом полку, т.е. назначен выше). Иван Грозный отправил Воротынскому жесткий выговор: « И ты писал к нам не по делу, и мы о вас сыскивали, и нам то ведомо, что тебе пригоже князь Ивана Пронского быть менши. И ты б, князь Олександра, знал себе меру, и на нашей службе был по нашему наказу. После этого Воротынский вскоре постригся в монахи Сложнее история первого и одновременно последнего местничества в жизни А. Ф. Адашева. Знаменитый политический деятель никогда не местничал. Род его не был особо знатным и чиновным: стремительно возвысились из городовых дворян до думных чинов только его отец и он сам. В начале 1560 г. А. Ф. Адашев, окольничий, доселе занимавшийся преимущественно административными и дипломатическими делами, получает военное назначение – четвертым воеводой большого полка кн. И. Ф. Мстиславского. Момент этот принято считать одним из симптомов грядущего краха политического курса правительства «Избранной рады» (вне зависимости от всех историографических построений, касающихся форм существования этого правящего совета, поскольку не удалось предотвратить вступление Речи Посполитой в войну. Правда, Р. Г. Скрынников полагает, что направление в действующую армию кн. А. М. Курбского и А. Ф. Адашева явилось попыткой, и на первых порах удачной, исправить положение – орденские и литовские войска были разбиты. Но царь Иван всячески показывал, что не считает это большим успехом. После взятия Феллина (30 августа 1560 г.) воеводами там остаются И. И. Очин-Плещеев, О. В. Полев, Р. В. Алферьев. Царь велит заменить Плещеева Адашевым, и тогда второй воевода, О. В. Полев, бьет на окольничего челом: «И Осип Полев на Олексея Одашева посылал государю бить челом, что ему менши Алексея быть невместно.