Известно, что воеводская форма местного управления сложилась постепенно на протяжении второй половины XVI – начала XVII в., заменяя собой такие формы, как наместничество, губное и земское самоуправление. Первоначально воеводская система образовывалась на окраинных, новозавоеванных землях, исподволь проникая в центральные области страны. Сосуществуя первое время (а в ряде регионов и весьма долго) с вышеупомянутыми наместническими – близкими к кормленым, и с земскими и губными – самоуправленческими, формами власти на местах, воеводы не могли не вступать с ними в конфликты, поскольку полномочия между теми и другими не были четко разграничены. Подобные столкновения приобретали иногда и местническую форму, что правительство стремилось отслеживать и пресекать. Примером такого безместного «развода» представителей прежнего и нового типов администрации может служить решение по делу воеводы Е. И. Сабурова с наместником кн. В. К. Шишем-Пронским. «И государь велел Елизарью Сабурову ведать дело ратное, а князю Василью Пронскому велел государь ведать дело наместницкое»40 Воеводы, судя по материалам XVII в., имеющим более массовый характер, назначались, как правило, по двое, однако разряды, постоянно записывавшие эти назначения, не фиксируют их местничеств (хотя раздоры по другим поводам среди воевод – явление постоянное). С одной стороны, это можно объяснить тем, что разрядным дьякам выбрать старшего из двух было много проще, нежели иерархически и генеалогически сочетать целый ряд лиц в большом разряде.