Различные службы и «посылки» служилых людей, имевшие характер «нерегулярных», но тем не менее заносившиеся в разряды, также могли служить причиной местнических столкновений. Хорошо известные, достаточно многочисленные столкновения верхов корпораций провинциального дворянства, обычно «считавшихся» со вторыми воеводами, привели к указу-разъяснению 1623 г. В излагавшей этот указ грамоте Разряда первому воеводе кн. И. А. Голицыну объяснялось, что у голов со вторым воеводой мест нет, «также, как было наперед сего у прежних воевод, а головам в том мест преже сево не бывало, и нам о том наперед сево не бивали челом, и ныне им в том мест нет.  В 1622 г. также указывалось быть без мест письменным головам для «проведывания вестей» о татарах; правда, вместе с головами посланы были и члены государева двора, «дворяне московские да жильцы», «проведывати накрепко, чтобы татаровя безвестно реку не перевезлись; а посланы головы без мест». В 1659-1662 гг. без мест между собой указывалось быть воеводам, посланным к засекам: «указал государь быть засечным воеводам без мест»44 Характерно, что, когда в 1661 г. засечным воеводам, веорятно, не дали такого указания, а просто было «указано быть» со старшими воеводами, сразу начались местничества. Поэтому уже 15 января 1662 г. указ о безместии засечных воевод был возобновлен. Без мест указывалось быть и дворянам и детям боярским, посланным по полкам к смотрам; нам известен, правда, только один указ-решение по челобитью уже местничавших стольников – «велено де быть всем без мест». Заметим, что местничества по подобным назначениям не были редки и ранее. Безместие назначалось даже «табунным воеводам», поскольку принимать пригнанные ногайцами табуны посылались стольники и дворяне, так что им тоже «наказы государь велел дать особных у всякого свой табун, и приняв, идти к Москве.