Далее идет перечисление не менее 20 родственников – попов, пономарей, теток – просвирниц и т.д., заключающееся эпизодами из бурной молодости самого Ушакова: «А как за свое Васильево воровство отец его поп Василей от церкви отослал и з двора ево збил, и он, Василей, в Ярославле и на Костроме кормился всякою работой, и в торговых банях воду лил, и на судах на Низ хаживал»24 Документ этот представляет огромный интерес, что отметил еще С. К. Богоявленский, указывая на церковное происхождение многих дьяков244, но следует сделать оговорку: если вся эта родословная Козловым вымышлена (а Ушаков, как он доказывал, принадлежит к городовому дворянству), то она обретает скорее литературный интерес и должна была бы быть рассмотрена ниже, среди «хулительных» легенд.

Подобное же обвинение послужило началом делу об «отеческом бесчестье» городовых дворян семейства Огалиных и И. Ф. Кучюкова. Последний 12 мая 1636 г. на службе в Переславле-Рязанском обругал их «поповою природою» (а по их словам – «поповичи»). Кучюков сказал, что Влас Огала, их предок, «был в Ярославле поп, и от того де они пошли Огалины». Истец, И. М. Огалин, ответил целым вопросником: «Тот поп Влас которой церкви в Ярославле, городе или уезде был, и сколько тому лет, и при котором государе?». Ответчик отказался представить доказательства: «Про то ведает город Ярославль, где у которой церкви тот Влас был поп, он ему де не все церкви приходить». Опровергая его, Огалины представили выписки из десятен XVI в. и заявили: «Они Огалины лет со двести и болыпи, служили по Ярославлю, и на Ярославле переведены на Коломну до Опришнины, лет болши осмидесяти».

Легенды о выезде и происхождении родов изучены еще недостаточно, причем здесь необходим анализ не только источниковедческий, но и культурологический и литературоведческий, в качестве примера которому можно привести работу А. П. Богданова о «Генеалогии» Игнатия Римского-Корсакова.