Жизнь государственных организмов, по мнению Леонтьева, не превышаем 1000-1200 лет. Западноевропейские страны уже подошли к этому рубежу, недалеко от него была и Россия. Но Леонтьев надеялся, что у нее остается пока еще шанс сойти с гибельного пути. Для этого необходимо вернуться к исконным русским началам – привнесенным из Византии православию и самодержавию. Надежду на их ренессанс Леонтьев связывал с завоеванием Россией Константинополя и созданием нового восточного, «славяно-византийского» культурного типа, призванного заменить собой умирающую европейскую цивилизацию. К концу жизни Леонтьев разочаровался в возможностях России создать особый тип цивилизации и испытывал апокалипсический ужас перед неизбежной гибелью всего, чем так дорожил. Во многом эти настроения явились причиной его монастырского затворничества. На пороге смерти он высказывается за союз социализма с русским самодержавием и пламенной мистикой.

Жизненный путь и идейная эволюция Льва Александровича Тихомирова (1852 – 1923) как бы подтверждали реалистичность предсмертных размышлений Леонтьева. Тихомиров в молодости увлекся идеями народничества и принял активное участие в революционном движении, став членом ИК и Распорядительной комиссии «Народной воли», главным редактором ее партийных изданий. Однако в 1887 г. неожиданно для своих соратников Л.А.Тихомиров обратился с покаянным письмом к императору и опубликовал брошюру «Как я перестал быть революционером». Получив высочайшее помилование, он вернулся в Россию и отдал все силы на защиту православно-монархических идеалов, выступая на поприще журналистики и публицистики. Й 1909 – 1913 гг. Тихомиров был издателем и редактором влиятельной монархической газеты «Московские ведомости», а П.А.Столыпин назначил его

своим советником по рабочему вопросу.