Председатели земских управ и городские готовы, грамотно распоряжавшиеся бюджетными средствами и установившие конструктивные взаимоотношения с администрацией, напротив, добивались немалых успехов в развитии местной хозяйственной инфраструктуры и повышении народного благосостояния.

В дореформенной России существовала разветвленная и запутанная сеть различных судебных учреждений, носивших сословный характер. Особые гуды ведали делами, касающимися дворян, крестьян, городских жителей, купцов и торговцев. Судопроизводство было закрытым, тайным, сопровождаясь длительной и беспорядочной бумажной волокитой. Судебный процесс мог происходить как в присутствии сторон, так и заочно. При рассмотрении уголовных дел доминировало инквизиционное начало – сторона обвинения имела подавляющий перевес, так как именно на ее материалах основывалось судебное разбирательство. Обвиняемые объявлялись преступниками до вынесения приговора, который часто был известен заранее. Суды полностью зависели от администрации, отчасти судебные функции принадлежали непосредственно губернским и уездным властям,

полиции и местным помещикам. Среди судейских чиновников было широко распространено взяточничество, в умах русских людей суд являлся воплощением несправедливости и узкой корысти высокопоставленных лиц. В первой половине XIX в. предпринимались неоднократные попытки реформировать судоустройство России, но впервые потребность властей в изменении существующего порядка была заявлена в манифесте Александра II 19 марта 1856 г. по случаю окончания Крымской войны: «да правда и милость царствуют и судах». Эта фраза не стала пустой декларацией. В 1855 1858 гг. было издано несколько высочайших повелений, утверждавших принцип презумпции невиновности – обвиняемые в совершении уголовных преступлений не могли быть объявлены преступниками до вынесения обвинительного судебного приговора.