Сложную загадку задала попытка правительственного реформаторства новому императору Александру III. Выход лежал, видимо, не в конфронтации власти и общества, однако вопрос заключался в том, были ли возможности для того, чтобы избежать этой конфронтации.

В 1860-1900 гг. значительно ускорился рост населения в России, несмотря на то, что происходило постоянное снижение рождаемости. В начале периода рождаемость составляла 51,5 человек на тысячу жителей, или 51,5 %о (промилле), а к концу века сократилась до 50 %о. Но одновременно и более заметными темпами уменьшилась смертность населения: с 39 до 34 %о. В результате чистый прирост населения вырос с 11,5 %о в 60-х гг. до 16 %о к началу XX в. Наиболее высоким прирост был на окраинах: в Предкавказье и Западной Сибири – 22,3 %о, в Новороссии и Южном Приуралье – около 21 %о. В сельской местности и рождаемость, и прирост были значительно выше, чем в городах. Так, в центрально-земледельческом районе прирост был в конце века 18 %о, а в центрально-промышленном – только 12,5 %о, что объяснялось более высоким удельным весом городского населения в промышленном районе.

Исследования историков-демографов показа.™, что уменьшение смертности было вызвано общим улучшением жизни крестьян во второй половине XIX в., развитием путей сообщения и торговых связей, что уменьшало или сводило на нет влияние местных неурожаев, успехами земской медицины, отсутствием длительных войн и сокращением сроков военной службы.

Недостаточные наделы в центральных губерниях вызвали отток крестьян в города и на окраины. Первоначально из-за боязни помещиков лишиться рабочих рук официальное законодательство запрещало переселение на окраины, но в дальнейшем стратегические интересы закрепления окраин и выгоды их экономического освоения привели к ослаблению этих запрещений и к частичному разрешению миграций в Сибирь и Среднюю Азию. Тем не менее до конца века самовольное переселение (его называли также вольнонародным) превышало размеры переселений по разрешению.