Стоянки с геометрическими орудиями поднимаются по Волге достаточно высоко: до Тетюшей (Тетюш- ская Ш стоянка) и территории Мари-Эл (Юльяльская IV, Северные выселки и Владимирская стоянки). Отдельные трапеции найдены и на Каме (Огурдино) и даже на Вычегде (Пезмог).

Костные остатки на дюнных стоянках не сохраняются, из-за чего трудно судить о хозяйстве их обитателей. На Кавказе в мезолитических слоях кости принадлежат только диким животным. В Сосруко охотились на благородного оленя, кавказского горного козла, кабана, серну, косулю, в Чохе – на бизона, муфлонообразного барана, благородного оленя. О собирательстве помимо жатвенного ножа из Сосруко говорят терочные камни из Чоха и ямки, заполненные раковинами сухопутных улиток, в Сосруко и Ацинской пещере. В таких ямах, разложив сверху костер, запекали улиток, а потом высасывали сочное тело моллюсков.

Иной облик у стоянок северной лесной части Европейской России. Орудия в виде трапеций встречаются там крайне редко. Зато были широко распространены наконечники стрел из ножевидных пластинок – иволистные, асимметричные с боковой выемкой и симметричные с черешком. На Кавказе и Нижней Волге таких орудий нет. Как мы помним, все три формы наконечников изготовляли в позднем палеолите Русской равнины (Костенки I, Авдеево, Гагарино), но никогда не употребляли на Кавказе, где очень рано появились древнейшие геометрические орудия.

Это нельзя не расценить как свидетельство преемственности в развитии культуры от позднего палеолита к мезолиту на Русской равнине, с одной стороны, и на Кавказе – с другой. Составные орудия с костяной или деревянной основой и кремневыми вкладышами на юге и цельные кремневые наконечники на севере отражают две линии развития метательного оружия. Это как бы эквиваленты. Вот почему там, где есть наконечники из ножевидных пластин, как правило, нет сегментов и трапеций и наоборот.