В других местах люди разного происхождения могли жить чересполосно. Неолитические поселения жались к рекам с их рыболовными угодьями. Фатьяновские могильники сосредоточены на водоразделах. Там люди, обладавшие каменными и бронзовыми топорами, могли расчищать от леса участки для поселений, а может быть и для полей.

Вызывает интерес могила, найденная на неолитической стоянке Николо-Перевоз под Москвой. В одной яме лежало девять скелетов с фатьяновскими вещами, а между костей – волосовского типа кремневые наконечники стрел. Предполагают, что это захоронение фатьяновцев, убитых обитателями волосовского поселения. Топоры из фатьяновских могил не столько рабочие инструменты, сколько боевое оружие. Обилие топоров в каждом могильнике говорит о том, что все мужчины были воинами, жили всегда настороже.

Так или иначе ясно, что фатьяновцы принадлежали иному этносу, чем местные племена волосовской культуры. Высказывалось мнение, что это индоевропейцы, проникшие в финскую среду. В Прибалтике памятники со шнуровой керамикой и ладьевидными топорами концентрируются там, где позднее жили балты, а поселения с ямочно-гребенчатой и похожей на волосовскую посудой – там, где обитают финны. Любопытно, что в антропологическом типе фатьяновцев есть кое-что общее с волосов- цами, но не с людьми, пользовавшимися посудой с ямочно-гребенчатым орнаментом.

Иное, чем у среднеднепровской, фатьяновской и балановской культур, происхождение имеют памятники сей- минско-турбинского типа в Восточной Европе. Они названы так по двум могильникам, раскопанным еще до революции на весьма низком методическом уровне: на Сейминской дюне под Нижним Новгородом и в Турбине недалеко от Перми. За последующее время число аналогичных памятников увеличилось, но не слишком значительно.