Мустьерская эпоха пришлась на период между двумя оледенениями – рисским и вюрмским – и датируется в пределах 100-35 тысяч лет до наших дней. По сравнению с теплым миндель-рисским временем природные условия ухудшились. Климат стал более суровым. Теплолюбивые виды животных исчезли. Вместо южного слона появился обросший шерстью мамонт.

Люди по-прежнему занимались охотой. При этом впервые можно отметить то, что называют охотничьей специализацией. Большинство костей, найденных на Ильской стоянке принадлежало бизону. Обитатели ее убили и съели не менее 2400 животных. В пещерах Черноморского побережья Кавказа картина иная. В Ахштырской пещере больше всего остатков пещерного медведя – 3760 из 4197 определимых костей. То же и в Воронцовской пещере, где медвежьих костей 92,4%, и на стоянке Матузка на р. Белой, уже на северном склоне хребта. Но другие пещерные стоянки Прикубанья, на р. Губе, по составу добычи сходны с Ильской: в них главным объектом охоты был бизон. В Сухой мечетке найдено 366 костей бизона, 51 – мамонта, 42 – лошади, 36 – сайги. Таким образом, в мустьерское время уже сложился тот тип хозяйства – охота на крупных стадных травоядных животных, – что характерен и для позднего палеолита.

Оружие мустьерского человека усовершенствовалось. В ряде мест у него уже были копья с тщательно обработанными с двух сторон каменными наконечниками. В целом же материальная культура эпохи мустье довольно близка к культуре ашельского времени: те же диско

видные нуклеусы и сколотые с них треугольные отщепы, из которых делали остроконечники и скребла. Нет орудий типа резцов и сколько-нибудь выраженных изделий из кости, столь многочисленных на позднепалеолитических стоянках.