Причин тому было несколько. В сознании европейцев не изгладился шок от появления гуннов Аттилы у стен Рима в 452 г., от походов монголов, достигших в 1240 г. Польши, Венгрии и Далмации, от сражений с турками в предместьях Вены в 1529 г. Возникло впечатление о волнах, накатывавшихся с востока на запад на протяжении тысячелетий. Такие волны принялись конструировать и на археологическом материале для первобытной эпохи.

На мысль о движении населения с востока на запад наталкивали и построения лингвистов XVIII-XIX вв. Именно так объясняли родство европейских языков с санскритом, а финно-угорских — с некоторыми языками Сибири. Но сейчас старые схемы происхождения индоевропейцев из Индии, а финно-угров с Алтая оставлены как устаревшие. Археологи почему-то это не учитывают.

Материалы, добытые в ходе раскопок за последние десятилетия как в Европе, так и в Азии, подсказывают совсем другие решения старых вопросов.

Движение населения шло не столько с востока на запад, сколько с юга на север и с юго-запада на северо-восток. Эти традиционные направления были заложены еще в период первоначального освоения Восточной Европы человеком. Они закрепились при продвижении охотников на освободившиеся от ледника северные территории в конце палеолита и в мезолите. Рост населения в южных областях, где раньше всего сложились земледелие и скотоводство, вызвал отток населения в менее плотно освоенные северные и восточные районы в неолите и бронзовом веке.

Что касается Кавказа, то роль его древних культур была велика в период первоначального заселения Восточной Европы и на заре века металлов. В дальнейшем же она снизилась. Население степных и “плоскостных” районов Кавказа было теснее связано с Северным Причерноморьем, Подоньем, Нижним Поволжьем, чем с культурами Закавказья.