Русские капиталисты, как и всякие капиталисты, использовали различные способы извлечения максимальной прибавочной стоимости — путём удлинения рабочего дня, повышения интенсификации труда, роста производительности труда. Капитал стремился не только присвоить максимум прибавочного труда рабочих в сфере производства, но и урезать заработную плату за пределами производственного процесса (через фабричные лавки, высокую плату за жилище, снижение стоимости рабочей силы путём втягивания в производство женского и детского труда и т. д.).

Процесс развития машинного производства, с одной стороны, приводил к расширению фронта капиталистической эксплуатации, к углублению и обострению всех противоречий капитализма, а с другой — порождал и развивал силы, уничтожившие впоследствии капиталистическую эксплуатацию.

Вовлечение женщин и подростков в капиталистическое производство России расширяло и углубляло капиталистическую эксплуатацию. На фабриках и заводах Европейской России было занято в 1890 г. всего 875 764 рабочих, из них 210 207 (24%) женщин, 17 793 (2%) мальчиков и 8 216 (1%) девочек. Заработная плата взрослых мужчин составляла в среднем в год не более 190 руб., для женщин она снижалась до половины этой суммы, а для малолетних не превышала одной трети. Положение женщин и подростков было особенно тяжёлым, если иметь ещё в виду, что охрана труда почти полностью отсутствовала,

а врачебыая помощь рабочим почти не оказывалась. Тем не менее привлечение в производство женщин и подростков есть, как указывал В. И. Ленин, явление до некоторой степени прогрессивное, так как «привлекая их к непосредственному участию в общественном производстве, крупная машинная индустрия толкает вперед их развитие, повышает их самостоятельность, т. е. создает такие условия жизни, которые стоят несравненно выше патриархальной неподвижности докапиталистических отношений».