Погоня за сверхприбылью в период домонополистического капитализма способствовала техническому прогрессу.

«Однако привилегия нашего капиталиста, — писал Маркс,—недолговечна: другие соперничающие с ним капиталисты введут такие же машины, такое же разделение труда.

Итак, капиталисты окажутся по отношению друг к другу в том же положении, в каком они находились до введения новых средств производства. На уровне этих новых издержек производства та же самая игра начинается сначала. Снова вводится большее разделение труда, вновь увеличивается количество машин, возрастает масштаб использования этого разделения труда и этих машин. А конкуренция опять приносит противодействие этому результату.

Это — закон, который все снова и снова выбивает буржуазное производство из прежней колеи и принуждает

капитал напрягать производительные силы труда, потому что он напрягал их раньше, закон, который не дает капиталу ни минуты покоя и постоянно нашептывает ему: Вперед! Вперед!» 1

Кроме того, сверхприбыль можно было обеспечивать путём реализации товаров по более высоким ценам на новых рынках, куда ещё не проникли конкуренты, главным образом па колониальных рынках. Но и эта прибыль  временный характер, поскольку в условиях свободной конкуренции конкуренты раньше или позже проникали на эти рынки.

Максимальная прибыль монополистического капитала существенно отличается от сверхприбыли капитализма свободной конкуренции. Это различия не только количественные, но и качественные, отражающие новую эпоху в развитии капитализма — эпоху господства монополий.