В эти годы продолжалось падение производства в хлопчатобумажной, кожевенной и в ряде других отраслей промышленности. Экспорт товаров в 1875 г. снизился в сравнении с предшествующим годом на 50 млн. руб., или на 11,4%.

Подводя итоги за 1875 г., «Вестник Европы» сообщал:

«Многие акционерные бумаги упали в цене, произошло два-три крупных банковых банкротства; на железных дорогах уменьшились на 9%, уменьшился вывоз за границу, наш вексельный курс упал на 8%».

Весьма характерны показания «Финансового обозрения»: «В Московской коммерции полнейшее затишье, чуть не всеобщая вялость почти со всеми товарами».

«В московском коммерческом суде подано заявление о признании Коммерческого единого банка несостоятельным».

«Русские ведомости» в 1875 г. сообщают, что частые банкротства в Москве уже начались и 14 октября один из крупных торговых московских домов, находившийся в деловых отношениях с ссудным банком, прекратил свои платежи.

«Наступление более серьёзного кризиса на биржевых рынках у нас возможно, это доказано тем понижением ценных бумаг, которое последовало за крушением одного банка в Москве.

Ещё большее положительное указание на причину такого переполоха у нас давало одновременное падение цен акций всех частных банков. Значит, в понижении отразился именно призрак «краха»».

В 1876 г. банкротства не уменьшились. В «Финансовом обозрении» подчёркивалось:

Сравнительно более других пострадала наша мануфактурная промышленность и торговля, сахарные заводы и чайная торговля. Из общей суммы несостоятельностей на долю мануфактурной промышленности Московской губ. в 1874 г. приходится 2 399 373 р., в 1876 г. — 17 961 444.

«Финансовый кризис,— сообщала «Биржа» от 24 августа 1876 г., —почти повсеместный в России, отозвался чувствительно особенно в юго-западном крае.