Поэтому надо отвергнуть буржуазный взгляд на ранние кризисы в России как на случайное явление и простое отражение экономических кризисов, происходивших в капиталистических странах Запада.

Первый кризис в русской промышленности относится к 1839 г., второй к 1847 г. и третий к 1857 г. Каждый новый частичный кризис характеризовался большей глубиной и более широкой сферой распространения, чем предыдущий. Как показывает последующий анализ, кризис 1857—1858 гг. по существу приближался к циклическим кризисам общего перепроизводства.

Частичный кризис 1839 г. и его проявление в хлопчатобумажной промыгиленности. Частичный кризис 1847 г. Депрессия в хлопчатобумажной промышленности в начале 50-х годов XIX в. Рост капиталистических противоречий и их проявление в кризисе 1857—1858 гг.

Кризис 1837 г., начавшийся в Англии осенью 1836 г. и затем перебросившийся в США, отразился и в России, главным образом на торговле ввиду большого удельного веса, какой тогда имела внешняя торговля в товарообороте страны.

Газета «Северная пчела» от 24 мая 1837 г. поместила следующую корреспонденцию из США: «Панический страх объял все сословия. Со времени последней революционной волны не запомнят подобного страха. Дела остановились повсюду; фабриканты отпускают своих работников; постройка домов и кораблей прекратилась; производство работ на железных дорогах и каналах, предпринятых частными обществами, приостановилось».

В России кризис, который переживала Западная Европа, почувствовали прежде всего экспортёры на Лейпцигской ярмарке 1837 г. В первом номере «Журнала мануфактур и торговли» за 1838 г. указывается, что «эта ярмарка может быть отнесена к числу посредственных и была тем более невыгодной, что купечество понесло чувствительные потери.