В 1655 г. архидиакон патриарха Антиохийского Павел Алеппский в своем описании России говорит о трех главных монастырях, которые, по словам патриарха Никона, есть «великие царские крепости». Возможно, крепостное строительство в Кириллове было вызвано желанием создать запасную правительственную резиденцию, царское убежище в условиях российско-польской войны и возможных повторений событий времен Смуты. Монастырское строительство в это время было подчинено задачам развития военных и оборонительных сил государства, и этот факт ни в монашеской общине, ни в обществе не вызывал никакого смущения. Произошло диаметральное замещение ценностей, характерных для эпохи Средневековья.

Исторические события происходят не только в пространстве, но и во времени. Важно прояснить отношение древнерусского воина и человека к военным действиям в их временном контексте. Были ли им присущи представления об удачных и неудачных, разрешенных и запрещенных днях для ведения войны, диктовались ли эти предпочтения исключительно сезонными условиями, или же им было присуще ощущение сакральной насыщенности времени в связи с той миссией, которую оно возлагает на человека? В этом вопросе необходимо различать внутрироссийские конфликты и предприятия внешнего характера, связанные с противостоянием степи, «античудской» политикой и европейско-балтийской опасностью.

К тому времени как Рюриковичи на Руси только установили подобие «наряда», заказанного им еще в 862 г., Европа уже устала от бесконечных феодальных войн и отражения внешних угроз, будь то арабы, норманны, венгры или саксы. Осознав неизбывность войны и бессмысленность попыток вывести ее за скобки христианского мира, она приняла мудрое решение — ограничить ее во времени и социальной направленности.