Частным вариантом такого видения окружающего мира и является раннесредневековая идеология «дружины Господней», характерная для милитаризованного общества Древней Руси. Этнокультурная, а в случае с Русью и этносоциальная доминанта заставляет рассматривать себя в своей исключительности, противопоставленности всему остальному, прежде всего нехристианскому миру, языческому окружению. Необходимость позиционировать себя как христиан, подчеркивать и демонстрировать, а подчас и защищать свой новый религиозный статус требовала привлечения к достижению этой цели всех подручных средств, в том числе и военной организации общества и его оружейной культуры. В последующих главах мы увидим, что именно в дружинной среде и связанном с ней социальном окружении получила наибольшее распространение традиция ношения христианских символов, в первую очередь нательных крестов, подчеркивающих новую религиозную принадлежность их владельцев.

Естественным образом, хотя и без безусловной генетической связи, такая ментальная установка совпала с экклезиологией ранней христианской церкви, также жившей во враждебном окружении демонологического мира и позднеантичного общества. Но приоритеты ранней церкви были существенно иными, чем ценности раннефеодального социума. Образ «преходящего мира» и присущих ему оборонительно-наступательных средств не был самодостаточным, а был лишь способом, литературным иносказанием, позволявшим общине, находящейся на высоком уровне культурного развития, реализовать духовные цели. И эпоху христианизации древнерусской элиты и распространения новой веры в Восточной Европе ситуация была принципиально другой. Социальный вес христианской партии был сравним с силами языческой реакции и нехристианского окружения.