К тому же Евангелие не является служебной инструкцией, предусматривающей для человека алгоритм действий на все случаи жизни. Скорее это свод основных посланий к человеку, на основе которых тот сам должен определять свой жизненный путь. И в каждой конкретной ситуации человек выбирает свою линию поведения, руководствуясь своим пониманием Евангелия и тем ментальным багажом, которым он уже обладает. Взять меч в руки или вложить его в ножны, благословить «право меча» или «отойти от зла и сотворить благо» — каждый решает эту проблему самостоятельно, исходя из собственной ответственности за принятые решения. Естественно, что этот выбор человек делает, опираясь на традицию понимания Евангелия, близкую ему этнически или культурно. Но историческая христианская культура, хотя и основывается на Евангельском послании, все же не исчерпывается им. В ней всегда присутствует элемент человеческого соавторства. Христианская культура являются историчной в высшем смысле этого слова, что требует историзма в подходе к ней. Она подлежит дефиниции и изучению, может быть, сравнительной оценке, но никак не нравственному суду. То, что с точки зрения сегодняшних норм восприятия христианства несовместимо с евангельскими идеалами или формой быта и поведения и требует иной мотивации, и прошлом могло восприниматься как допустимое или естественное. Именно таким образом решается знаменитая антиномия Н. А. Бердяева о «достоинстве христианства и не достоинстве христиан». Именно таким образом решается проблема различия между современной и исторической христианской культурой.

То же следует сказать и о возможности изучения культуры христианского общества на основе текстов официальной Церкви.