Личная активность веры в деле собственного спасения и созидания новой христианской культуры замещалась идеей провиденционализма, предполагающего роль воина как пассивного орудия битвы высших сил. Происходит формирование пассивной редакции христианской культуры на Руси, которая и станет доминирующей все позднее Средневековье, Новое и Новейшее время. При этом характерно смещение воинских действий к осени, отчасти совпадающей с Успенским постом и серией Богородичных праздников. В этом видится трансформация всей русской культуры в сторону сугубого почитания Божией Матери, ее Успенского культа, который проявился в появлении многочисленных Богородичных икон, строительстве Успенских соборов и переосмыслении культа Святой Софии в соборах Софийских (Киев, Новгород).

Впрочем, перенесение центра тяжести военных действий с зимы на лето, на наш взгляд, не объясняется лишь религиозными причинами. Скорее всего, они здесь вторичны и оказались цементирующим фактором для закрепления новых временных рамок в общественном сознании. Характерно, что сообщения о военных действиях преимущественно в конце лета начинают с XIII века учащаться и связываются с военной активностью Литвы. В 1182 г. литовцы, судя по всему, летом нападают на Псков, поход 1212 г. на Псков же приходится на Петров пост, к летнему периоду относится поход 1234 г. на Руссу и 1323 г. на Ловоть. Летом совершались походы Ольгерда на Москву в 1371 г. и на Смоленск в 1386 г. К осени определенно относятся походы полочан и Литвы на Ловать в 1199 г. и разорение Торжка в 1258 г. Битва князя Довмонта и Герденя на Двине в 1266 г., как мы установили, также приходится на сентябрь. Правда, ряд военных операций — поход в Новгородскую волость в 1226 г. и «воевание» Любны, Морева и Селигера в 1229 г. — определенно относятся к зиме.