Точно так же весьма вероятна связь между военным походом начала XII века и храмом во имя Сорока мучеников Севастийских в Новгороде, поскольку именно на память этих святых в 1116 г. князь Мстислав Владимирович ходил на чудь и взял город Медвежья Голова. Храм, по соображениям исторической топографии, возникает не ранее этой даты. Более того, последующая связь этого храма с мемориальным культом в честь воинов и с княжеским окружением вполне очевидна. В 1199/1200 г. Прокша Малышович перестроил это храм в камне. Однако несколькими годами ранее, в 1193 г., Яков Прокшинич, предположительно сын самого Прокши, погибает во время военного похода в югру. Каменное строительство храма выглядит как создание памятника погибшему сыну. В 1213 г. строительство заканчивает Вячеслав Прокшинич, известный как новгородский тысяцкий, а в 1227 г. По его инициативе этот храм расписывается фресками. Только к 1316 г. некогда сотенный храм, связанный с княжеским окружением, переходит в ктиторское владение к боярам Мишиничам: в этом году здесь погребается Юрий Мишинич, а в 1342 г., «в отнем гробе», — Варфоломей Юрьевич.

Известный храм святых Бориса и Глеба на реке Альта построен Владимиром Мономахом между 1117—1125 гг. непосредственно на месте убиения князя Бориса. Даже московский князь XIV в. Дмитрий Донской созидает церковь всех святых на Купишках не только как памятник в честь Куликовской победы, но и как мемориал в честь погибших воинов, обращаясь своим посвящением ко всем святым, этим воинам тезоименитым. Точно так же в 1412 г. архиепископ Новгородский Иоанн после победы под Выборгом ставит церковь св. Гавриила на Фревкове улице «с воеводами новгородскими, что были там, и с их вой» скорее в память павших, чем в память победы.