Все это позволяет считать, что меч-реликвия XIII века из Троицкого собора Пскова действительно мог быть связан с князем Довмонтом. Примечательно, что если на монетах московских князей Василия Дмитриевича (1389—1425) и Василия Васильевича (1425—1462) в качестве символа власти изображается сабля, которая к тому времени окончательно вытеснила меч в реальном вооружении русского войска, то меч как властная инсигния остается характерным для «северорусских народоправств», остающихся хранителями традиций Древней Руси. Нумизматика и отраженные ею воинские реалии способны показать принципиальное различие сосуществовавших на Руси XV в. идеологий.

Интересно, что меч как реликвия был вообще характерен для псковского сознания средневековой эпохи. Из Троицкого собора происходит еще один меч, приписываемый традицией князю Всеволоду-Гавриилу. Князь скончался в Пскове в 1137 г. и был погребен сначала в церкви Святого Дмитрия Солунского, а впоследствии его мощи были перенесены в Троицкий собор. Поздняя летопись сообщает, что «поставиша над ним его меч, иже и доныне стоит, видим всем». Однако первое достоверное упоминание об этом мече, вызвавшем удивление Ивана Грозного, когда тот в Троицком соборе прикладывался к нему, относится в 1569 г. — времени посещения Пскова великим князем.

Действительно, меч, как реликвия святого князя XII в., достоин удивления, поскольку он не связан ни с этой эпохой, ни с восточно-христианской культурой. Он относится к построманской группе мечей. Орнаментация его бронзовых декоративных частей построена на элементах, характерных для европейской геральдики XIV в. Геральдические львы держат над собой корону, здесь же присутствует дракон, а помимо прочей растительности изображаются кедровые шишки.