Уже в конце XI—начале XII в. это вызывало многочисленные споры: «се же несведуще право глаголют, яко крестился, есть в Киеве, инии же рсша в Васильеве, друзии же инако скажут». Разводит во времени крещение князя и корсунский поход и Маков Мних, относя крещение к 987 г.: «По святом же крещении поживе блаженный князь Владимир 28 не т. На другое лето по крещении к порогам ходи, на фетье лето Корсунь град взял». В связи с этим Ж. Аррипьоном и Д. Оболенским была предложена версия, и последствии детализированная М. Аранцом, согласно которой князь Владимир становится христианином еще в Киеве в 986—987 гг. путем принятия primo sijAiiatio непосредственно после знаменитой речи греческого философа. Именно тогда он произносит свои упадочные слова: «пожду еще мало». Действительно, оглашение и собственно крещение он принимает через некоторое время в Корсуни, согласно константинопольской традиции, на Богоявление, Пасху или Троицу, соответственно, 6 января, 8 апреля или 27 мая 988 г.

В этом смысле замечательно, что греческому понятию о Таинстве крещения, дословно означающему «погружение», в славянском соответствует термин «крещение», исторически связанный с символикой креста, что как раз и составляло primo signatio. Это действие, лишь вводящее язычника в число христиан, но не сообщающее ему всех церковных привилегий, стало в славянских языках обозначать все Таинство. В этой связи само крещение воспринималось раннесредневековым сознанием, прежде всего как осенение крестом. При этом нельзя обойти вниманием существующую в филологической науке полемику в отношении этимологии термина «крещение», которую ряд исследователей возводят к имени Христа, понимая крещение как Хрещение (ср.: «Все вы, во Христа крестившиеся, во Христа облеклись»; Гал. 3:27).