Это каноническое правило сохранилось в составе многочисленных рукописных сборников. Поразительно другое. Несмотря на вполне ясный ответ, в большинстве списков вплоть до XVI в. это правило читается следующим парадоксальным образом: «Не удержано есть, мшимы канонами». Только в двух сборниках дано правильное чтение, соответствующее общецерковной практике. По сути, древнерусское сознание, исказив атонический текст, наделило духовенство «правом на убийство» во время официальных военных действий без поражения в священнических правах, связанных со служением литургии. Правда, наиболее современные книжники, осознавая всю противоречивость и несообразность устоявшегося на Руси мнения, придумали даже своеобразную модификацию вопроса: «Аще пономарь человека уйист, лзе ли ему с попом служити?» В этом случае положительный ответ был канонически оправдан, поскольку пономарь не являлся носителем священного сапа. Отечественные канонисты, в том числе А. С. Павнои, полагали, что положительный ответ был обусловим и особыми обстоятельствами «кочующей» Сарайской епархии Русской Церкви на территории Золотой орды. Эта своеобразная «воинствующая» церковь вроде бы была вынуждена именно так реагировать на канонические преступления своих клириков, которым было необходимо защищать свои жизнь и честь. Но, как мы видели, это была общая практика Древней Руси с ее действительно «воинствующей» церковью. То, что было строжайше запрещено, оказалось допустимым сначала в массовом сознании, а потом зафиксировано даже на уровне писаного права.