Подведем некоторые итоги, объясняющие эволюцию воинской культуры и сознания в Московской Руси. Материальная культура, в отличие от литературы и публицистики, отражает, прежде всего, общественную ментальность. Она способна выявить те ценности и приоритеты, которые органично присущи эпохе и нации. Публицистическая риторика рассчитана, прежде всего, на формирование в обществе публичной идеологии. Она подчеркивает моменты, являющиеся целью социального заказа. Именно с этой точки зрения необходимо оценивать изменения в русской культуре, приведшие к исчезновению христианской символики на предметах материальной культуры, компенсированному обильной риторикой. Воинство христианской страны стало армией православной империи.

Слово о христианских идеалах воина явно начинает замещать художественные образ и знак, украшавшие некогда его оружие. Но именно эта знаковая система наглядно подтверждает, что эти идеалы были внутренне присущи древнерусскому человеку, а не требовали искусственной идеологизации. Дело оказалось вытеснено словом, что, на наш взгляд, говорит об упадке примитивной гармоничности христианского мировоззрения на Руси. Осознание различия между целями христианства и средствами их осуществления свидетельствует о подъеме христианского сознания нации на новый уровень. Однако уже определенно сформировавшиеся цели государства требуют активного участия религиозной составляющей в идеологическом обеспечении его внешней и внутренней политики. Христианство и оружие вновь сводят в единое целое, но уже делают это за счет совершенно искусственных средств.