И христианские атрибуты, и предметы вооружения окапываются статусными вещами, репрезентация которых в составе погребального инвентаря представляется историческому сознанию необходимой.

Известно, что в основном древнерусское оружие IX—XIII вв. обнаруживается при исследованиях некрополей домонгольской эпохи. Именно они составляют золотой фонд изучения древнерусского оружия. При этом характерно, что и первые достоверно христианские древности на территории древнерусского государства появляются именно в погребениях того времени, что подчеркивает сакральное и представительское значение оружия в сознании христианизируемой Руси, которая созидает свою новую дружинную культуру. На наш взгляд, впервые это зафиксировано в Старой Ладоге в третьей четверти IX в. В данном случае предметы христианского культа связаны с одним из погребений некрополя, оставленного военизированным коллективом. Речь идет о находке так называемого «фризского кувшина» с изображениями креста из кургана в урочище Плакун в Старой Падоге. Курган, в котором были найдены фрагменты кувшина, был насыпан над женским трупосожжением в ладье. Сам курганный могильник, расположенный напротив каменной Ладожской крепости на другом берегу р. Волхов, является на сегодня первой и единственной в Приладожье группой могильных памятников, которую определенно и надежно можно связать исключительно с норманнами. Скандинавский могильник датируется приблизительно 850—925 гг. и может быть связан с приходом на Русь Рюрика и его дружины, призванной в 862 г. Существующие в настоящее время попытки «омолодить» погребальную традицию Плакуна и датировать его захоронения началом X в. не получили убедительного подтверждения.