Версии о двух походах, совершенных разными русами и, кстати, в разные части Хазарии (965 г. — в причерноморско-донскую, 969 г. — приволжско-каспийскую), вполне укладываются в рамки гипотезы о полицентризме Руси именно в 50-70-е годы X в.

Другой важный аспект этих походов — торгово-государственный. После походов русов на Хазарию временно сократившийся поток дирхемов с Востока вновь резко возрастает (Фомин, 1995, с. 84). Однако А.В. Фомин связывает этот факт не с «прочисткой» Волжского пути русами, а со «значительным притоком чеканного серебра в результате одной из интенсивных денежных эмиссий, периодически имевших место в государстве Саманидов». Главное же — оба потока монет в 70-80-е годы («западный» и «восточный») полностью миновали Южную Русь417 в том числе Чернигов и Киев  восточная торговля не была в руках их князей.

Восток, который в торговых связях Киевского Поднепровья занимал раньше гораздо более скромное место, чем Северная Русь, все более теперь усиливает и монополизирует, судя по данным нумизматики, метрологии, археологии, свое влияние над «Югом» (западнопон- тийским христианским регионом). Черниговская «Росия» еще более «специализируется» на Юго-Востоке — бывших восточнопонтийских землях Каганата.    7

Механизмы завоевания Болгарии особенно подробно, хотя иногда и до альтернативности противоречиво, освещены в ПВЛ, но особенно в византийских источниках (у Льва Диакона и Скилицы прежде всего). О них написано много, и в то же время проблема определения степени сравнительной достоверности источников останется, вероятно, нерешенной до появления либо новых их видов, либо методов исследований.