Хотя и далеко не новая, но добротная для советской историографии схема государствообразования, состоящая из четырех этапов, обобщена в работе И.П. Шаскольского, — через посредство создания надплеменной властью князя-конунга сети опорных пунктов своей государственности, которая «набрасывается» на территорию сразу нескольких союзов племен.

Наиболее обоснованные археологическими материалами механизмы образования государственности на уровне племя-союз племен (на примере белых хорватов) изложены в работах Б.А. Тимощука, который показывает процесс поэтапной насильственной узурпации власти племенным князем, а затем великим киевским князем.

Таким образом, из трех основных путей государствообразования, которые предусматривала первоначально51 марксистская историческая теория, в советской историографии присутствовали, правда не всегда в чистом виде и редко называясь по «именам», все три. Это может говорить либо о том, что правы не все историки, либо что на Руси существовал некий синкретичный набор механизмов государствообразования, либо о множественности путей сложения государственности на территории Восточной Европы.

Фактически седьмым направлением историографии (если считать взгляды Е.А. Мельниковой и В.Я. Петрухина (по «городовой сети») за отдельную, шестую группу) могут являться теории, абсолютизирующие то или иное направление внешних влияний. Своими «этническими» приоритетами они напоминают достаточно давние (еще до его «новой теории» 1982 г.) посылки Б.А. Рыбакова и современные, рубежа 80-90-х годов, —H. Гумилева, только с точностью до наоборот.