Реконструируемые таким образом механизмы (меритократические, половозрастные, родственно-аристократические, семейно-брачные, сакральные) становления власти (первоначального политогенеза) своим разнообразием еще раз подтверждают тезис о многообразии форм потестарности в Восточной Европе накануне и в процессе образования Древнерусского государства. Для наиболее развитого региона — Юго- Запада — присутствуют косвенные признаки восьмой, характерной уже для переходного этапа к раннему государству, группы механизмов — полюдья. Нет признаков механизмов девятой — одиннадцатой групп (военных, договорно-правовых, конфликтно-компромиссных — см. Приложение 1), что и неудивительно со стадиально-этапной точки зрения. Отсутствуют такие стадиально подходящие, но, вероятно, типологически несовместимые с восточнославянским политогенезом

раннего этапа механизмы, как институционализация власти посредством накопления богатств и создания «тайных союзов».

Среди форм «государственности» этапа вождеств у восточных славян на основе суммарных сведений восточных источников и ПВЛ, при региональном использовании внешних признаков той или иной формы по данным специальных дисциплин и применении метода аналогий, с разной степенью достоверности отмечаются пять: разноэтничный военно-потестарный союз; территориальное княжество-вождество дружинной формы; протогород-потестарная община; теократическая конфедерация племен; отдельные потестарные и даже акефальные племена.

Более или менее подробные данные для суждения о структуре власти и системе управления, а также источниках обеспечения и функциях «государственного аппарата» имеются лишь для Юго-Западного и Северного регионов.