На первом направлении во многом замкнулись специалисты академической школы, второе представлено широким спектром авторов, иногда имеющих к профессиональному историческому образованию весьма опосредованное отношение. Это направление заняло ту лакуну, которая образовалась в научной литературе благодаря возникшему противоречию между возрастающей общественной потребностью и интересом, с одной стороны, и отсутствием, за небольшим исключением, обобщающих работ профессиональных историков по образованию нашей государственности — с другой.

Главным в методическом подходе к рассматриваемой проблеме является соблюдение принципа непротиворечивости разных категорий, типов и видов источников друг другу при описании тех или иных фактов, событий, явлений. Кроме того, при часто недостаточной информативности даже комплекса источников по образованию Древнерусского государства большое значение приобретает сравнительно-этнологический подход, впервые применяемый системно.

По методологическим позициям автор наиболее близок к тому направлению в отечественной историографии, которое сформировалось в 80-е годы XX в. на базе синтеза теоретических достижений зарубежной политической антропологии и эмпирико-теоретических исследований советских востоковедов, медиевистов, этнографов, в наибольшей степени сконцентрированных в так называемой потестарно-политической этнографии.

Конкретно автор избирает теорию этапности и обратимости политогенеза, большой роли и самостоятельного значения переходных периодов с присущими им особыми формами государственности. Аккумулируя достижения современных теорий государствогенеза на стыке политической антропологии, этнологии, политологии, теории государства и права, конкретно-исторических исследований, автор считает возможным остановиться на 12 формах зрелой государственности, из которых четыре выделяются впервые.