Что же касается действительно верного наблюдения В.В. Фомина об отсутствии у Г.З. Байера сомнений в историчности братьев Рюрика, то это не снимает самой проблемы, по-разному решаемой исследователями XIX-XX вв. В этой связи достаточно убедительно звучат современные аргументы В.Я. Петрухина о фольклорном и Н.Н. Гринева о литературно-правовом происхождении Трувора и Синеуса. Последний автор, впрочем, прямо ссылается на Б.А.Рыбакова — признанного ан- тинорманниста, и, хотя и несколько искажая смысл, на того же Петрухина.

Кстати, в связи с данной проблемой особенно ярко высвечивается отношение В.В. Фомина к своим научным оппонентам. Когда В.Я. Петрухин и Е.А. Мельникова отрицают возможность (исходя из норм скандинавских языков) того, что мог быть договор Рюрика с «новгородцами» на старошведском языке (или текст легенды на этом же языке), Фомин хвалит их и удивляется, как это другие авторы не замечают их правильных аргументов. Когда же они допускают все же возможность «ряда» (договора) и изыскивают

шведские аналоги имен Трувор и Синеус (Сигнютр и Торварр), то тот же Фомин тут же отказывает им в научности, указывая на влияние идеологии норманнизма на их построения.

Конечно, могут быть слабые и сильные стороны у одной теории или автора. Но в данном случае речь идет о целостной органичной концепции, все части которой взаимосвязаны функционально.

Иногда сомнительные аргументы выдвигает В.В. Фомин и в опровержение скандинавского происхождения имен реальных, по его же мнению, Трувора и Синеуса. «Все эти предположения разбиваются о тонкое наблюдение С.А. Гедеонова в отношении якобы норманнских имен Синеуса и Трувора: или летописцу, резонно вопрошал он, «было мало вещественных (вследствие сношений с Ганзою и норманнами) норманнских Гаральдов, Олавов, Сигурдов, Сигвальдов, Свейнов, что он вздумал окрестить своих небывалых шведов небывалыми шведскими именами».